Ядерная доктрина Франции и основные направления реформы ее стратегических сил. Часть II.

Как отмечают западные аналитики, из описания ядерной доктрины Франции ясно, что ядерные вооружения остаются в центре французской военной политики. Хотя ядерная доктрина и подвергалась изменениям с тем, чтобы отразить перемены в стратегической ситуации, она все же остается оборонительной по своей концепции. Для Франции ядерные вооружения не являются инструментом демонстрации и применения силы вдали от своей территории, а служат целям защиты страны и ее жизненных интересов.

Как заявил об этом в парламенте в докладе о военном бюджете на 1998 г. член социалистической партии Ж.М. Бучерон, “поскольку невозможно предвидеть развитие геостратегической ситуации в Европе в следующие пятнадцать-двадцать лет с достаточной надежностью, необходимо сохранять уверенность в боеспособности наших сил сдерживания не только в течение указанного периода, но и после его окончания. Поэтому важно не утрачивать нашу возможность создавать и поддерживать обладающие гарантированной боеспособностью силы сдерживания в течение очень длительного срока, причем это относится к боеголовкам, средствам их доставки (ракетам) и к пусковым установкам этих средств (атомным подводным лодкам)”.

На протяжении последних десятилетий Франция неоднократно выступала с инициативами по объединению ядерных сил в Европе и выработке согласованных стратегий их использования. Типичным примером является предложение, выдвинутое в 1986 г. президентом Миттераном, о готовности Франции консультироваться с канцлером Германии по вопросу о применении Францией ядерного оружия на территории Германии и даже о том, чтобы официально прикрывать Германию французским “ядерным зонтиком”. В свое время эти предложения были решительно отвергнуты германским правительством.

После создания Европейского союза (European Union) страны - его члены начали изучать возможности более тесного сотрудничества друг с другом в сфере “общей внешней политики и политики в сфере безопасности” (Common Foreign and Security Policy - CFSP), был также поднят вопрос о возможности разработки “общеевропейской оборонной политики” (Common European Defense Policy - CEDP). Центральное место в дебатах по этому вопросу заняли французские и британские ядерные вооружения, в которых одни западные деятели видели ценный материальный элемент военного потенциала, а другие - источник повышенной ответственности, препятствующий более тесному сотрудничеству.

В 1993 г. государственный министр обороны Великобритании М. Рифкинд говорил о необходимости улучшать британско-французское сотрудничество. Однако он жестко увязал этот вопрос с вопросом об укреплении НАТО и о “конкретном вкладе Европы в сдерживание, которое лежит в основе коллективной безопасности всего альянса”. Он перечислил сдерживание, ядерные доктрины, противоракетную оборону, контроль над вооружениями и нераспространение в качестве существенно важных областей такого сотрудничества.

В течение 1994 г. Ассамблея Западноевропейского союза (Assembly of the Western European Union, WEU), органа, которому надлежит выполнять решения Европейского совета (European Council), имеющие отношение к военной сфере, подготовила доклад “О роли и будущей судьбе ядерных вооружений” (The Role and Future of Nuclear Weapons), представленный от Комитета по обороне. В докладе, в частности, отмечается, что было бы “совершенно нелогично начинать выполнение общей внешней политики и политики в сфере безопасности (CFSP) без изучения роли французских и британских ядерных сил в определении общей оборонной политики Европейского союза”.